|
Профессор Московского онкологического института имени П. А. Герцена И. П. Терещенко проследил тесную связь эндокринных нарушений с состоянием иммунологической защиты организма, а также с генетически обусловленной сопротивляемостью или предрасположенностью к опухолевому росту у экспериментальных животных. В. С. Шапот исключительно удачно «перебросил мост» между биохимическими и генетическими исследованиями, подкрепив серьезные сомнения в отношении мутационной теории канцерогенеза.
Таких примеров в отечественной и мировой экспериментальной онкологии много, они отражают объективное развитие науки и стимулируют новые поиски. По-видимому, период синтеза знаний еще не наступил. Универсальной теории пока нет.
Это утверждение не должно порождать пессимизм. То, что мы уже сегодня знаем о раке, позволяет эффективно с ним бороться. Можно держаться различных точек зрения на его происхождение, но доказано, что до 70 процентов злокачественных опухолей человека индуцированы химическими канцерогенами. Значит, борьба против загрязнения окружающей среды — реальная профилактика многих форм рака.
Наши возможности этим не ограничиваются. Мы сейчас твердо знаем, что если опухоль распознать в ранней стадии, до начала этапа метастазирования, она в подавляющем большинстве случаев полностью излечима. При раке шейки матки первой стадии одна только лучевая терапия, равно как одна только операция, возвращает здоровье 90 процентам больных; операции при первой стадии рака молочной железы — те же показатели; даже при раке желудка радикальным вмешательством, когда поражена лишь слизистая оболочка (истинная первая стадия), достигается похожий результат — около 90 процентов выздоравливающих.
Поэтому проблема своевременного распознавания опухолей и выбора оптимальной врачебной тактики не менее важна, чем поиски патогенетических методов лечения. Все виды исследований развиваются параллельно. Успехи несомненны, и о них мы расскажем в других главах книги. Практика и теория взаимно обогащаются.
Итак, рассмотрение ряда вопросов теоретической онкологии оставляет двойственное чувство. При поверхностном знакомстве с той или иной теорией, той или другой группой фактов может показаться, что именно здесь «собака зарыта». Еще немного усилий, и наконец появится возможность профилактики рака или по крайней мере надежда лечить самое существо болезни, вмешиваться с пользой для людей в интимные биологические процессы. Но при более пристальном изучении каждой из теорий обнаруживается, что открытые с таким трудом закономерности не имеют универсального значения в канцерогенезе, что это одна из гипотез, которая может быть если не опровергнута, то оспорена и достаточно основательно взята под сомнение. Остаются бесспорные факты, пока описывающие отдельные фрагменты, но не раскрывающие природы явления во всей его сложности.
|
